В 2025 году в Китае на свет появилось всего 7,92 млн детей — меньше всего с момента основания Китайской Народной Республики в 1949 году. Одновременно умерло 11,31 млн человек, а население сократилось на 3,39 млн, достигнув отметки около 1,405 млрд жителей. Коэффициент рождаемости упал до 5,63 на тысячу жителей, установив новый исторический минимум. Оценочный коэффициент фертильности (среднее число детей на одну женщину репродуктивного возраста) колеблется в пределах 0,95–1,0 — это значение значительно ниже уровня замещения поколений, который составляет 2,1.
Эти цифры — не просто абстрактная статистика из отчёта. Они отражают миллионы индивидуальных жизненных решений молодых китайцев и китаянок в условиях высоких расходов на жизнь, жёсткой конкуренции на работе и меняющихся жизненных приоритетов. Наследие жёсткой политики контроля рождаемости прошлых десятилетий наложилось на современные экономические и культурные вызовы, превратив создание большой семьи для многих в роскошь или серьёзный риск.
Правительство в Пекине уже несколько лет постепенно переходит от жёстких ограничений к системе пронаталистских мер, предлагая субсидии, налоговые льготы и поддержку в уходе за детьми. Тем не менее тенденции остаются негативными, а эксперты отмечают, что истинные причины лежат гораздо глубже финансовых стимулов. Ситуация в Китае служит одновременно предупреждением и зеркалом для других стран, сталкивающихся с похожими демографическими проблемами.
Наследие политики одного ребёнка и её долгосрочные последствия
В 1979 году китайские власти ввели политику одного ребёнка, считая быстрый естественный прирост угрозой экономическому развитию и стабильности страны. В городах её соблюдали особенно строго — штрафы, принудительные аборты и стерилизации стали основными инструментами. В сельской местности допускались исключения, особенно если первый ребёнок был девочкой. Официально политика должна была предотвратить сотни миллионов рождений и действительно помогла замедлить рост населения в то время, когда Китай выходил из бедности.
Однако последствия оказались намного сложнее и долговременнее. Политика ускорила естественное снижение фертильности, которое и так шло параллельно с урбанизацией, ростом образования и доступностью контрацепции. При этом она привела к резкому дисбалансу полов. Селективные аборты женских плодов создали поколения с заметным избытком мужчин — в некоторых возрастных группах соотношение доходило до 120 мальчиков на 100 девочек. Сегодня десятки миллионов молодых мужчин, которых называют «голыми ветвями», сталкиваются с трудностями в поиске партнёрши.
Изменилась и структура семьи. Модель «4-2-1» — один ребёнок, который поддерживает двух родителей и четырёх бабушек и дедушек, — возложила огромную финансовую и эмоциональную нагрузку на одно поколение. Кроме того, политика сократила число женщин репродуктивного возраста в последующих поколениях. Когда в 2016 году правила смягчили, разрешив двоих детей, а в 2021-м — троих, эффект оказался краткосрочным или даже обратным. Число рождений не выросло устойчиво: не хватало ни достаточного количества потенциальных матерей, ни социальной готовности к многодетным семьям.
Рекордные данные 2025 года — что говорят официальные статистики
Китайское Национальное бюро статистики в январе 2026 года опубликовало данные, подтвердившие глубочайший демографический кризис в истории современного Китая. Число рождений упало на 17 процентов по сравнению с 2024 годом (с 9,54 млн до 7,92 млн). Коэффициент рождаемости на тысячу жителей достиг 5,63 — самого низкого уровня с 1949 года. Число смертей выросло до 11,31 млн, и население сокращается уже четвёртый год подряд.
Коэффициент фертильности, по оценкам экспертов и международных организаций, остаётся ниже 1,0 ребёнка на женщину. Это один из самых низких показателей в мире, сравнимый с ситуацией в Южной Корее или на Тайване, но достигнутый гораздо быстрее и в стране с огромным населением. Для сравнения: ещё в 1970-х годах средняя китаянка рожала около шести детей.
| Год | Число рождений (млн) | Коэффициент рождаемости на 1000 жителей | Оценочный коэффициент фертильности |
|---|---|---|---|
| 2016 (введение политики двух детей) | ок. 17,9 | ~12,9 | ~1,7 |
| 2020 | ~12,0 | ~8,5 | ~1,3 |
| 2024 | 9,54 | ~6,8 | ~1,0–1,1 |
| 2025 | 7,92 | 5,63 | 0,93–1,0 |
Данные показывают не только спад, но и ускорение темпов снижения в последние годы, несмотря на смягчение правовых ограничений.
Экономические барьеры — сколько на самом деле стоит ребёнок в современном Китае
Одним из главных ограничителей рождаемости остаётся экономика повседневной жизни. Согласно отчёту YuWa Population Research Institute, средняя стоимость воспитания ребёнка до 18 лет в Китае составляет около 538 тыс. юаней (около 75 тыс. долларов), а в крупных городах — до 667 тыс. юаней. Это более чем в шесть раз превышает ВВП на душу населения — второй самый высокий показатель в мире после Южной Кореи.
Расходы выходят далеко за рамки еды и одежды. Самая значительная статья — образование. Китайская школьная система сильно ориентирована на результаты экзаменов, что стимулирует огромный рынок репетиторства и дополнительных занятий. Хотя власти пытались ограничить частные уроки, давление «инвестировать в будущее ребёнка» остаётся колоссальным. Родители в Шанхае или Пекине часто тратят десятки тысяч юаней в год на дополнительные занятия, чтобы дать ребёнку шанс поступить в хорошую школу и университет.
Добавляется и стоимость жилья. Традиционно собственная квартира считалась обязательным условием для брака. После кризиса на рынке недвижимости многие молодые люди ограничены в средствах, а цены в мегаполисах остаются высокими по отношению к доходам. Второй или третий ребёнок часто требует переезда в более просторное жильё — расход, который многие пары не могут себе позволить.
Особенно тяжело приходится женщинам. Уход за маленьким ребёнком означает перерыв в карьере, потерю части дохода и снижение шансов на продвижение. В культуре, где домашние обязанности по-прежнему в основном лежат на матерях, решение о втором ребёнке для многих означает серьёзные профессиональные и личные жертвы.
Культурные изменения и феномен «tang ping»
Помимо цифр и затрат важную роль играют сдвиги в сознании молодого поколения. С 2021 года в китайском интернете набирает популярность движение «tang ping» — «лежать плашмя». Молодые люди, уставшие от культуры 996 (работа с 9 до 21, шесть дней в неделю), давления успеха и крысиных бегов, сознательно отказываются от чрезмерных усилий и традиционного сценария: учёба — престижная работа — брак — дети — свой дом.
Вместо этого они выбирают более простую жизнь, больше времени для себя и скромные материальные запросы. Это движение быстро связали со снижением интереса к браку и детям. В некоторых опросах местных властей до десяти процентов молодых людей заявляли об отсутствии желания вступать в отношения, жениться или становиться родителями. Появилось и более радикальное течение «bai lan» — «пусть всё рухнет», выражающее полную апатию и отказ от борьбы.
Меняется и роль женщин. Всё больше из них получают высшее образование, достигают финансовой независимости и не хотят мириться с традиционным распределением ролей. Раньше стигматизируемых «sheng nu» («оставшихся женщин» — незамужних после 27 лет) сегодня многие сознательно выбирают одиночество или позднее материнство. При этом мужчины из небольших городов или с невысокими доходами часто не могут найти партнёршу с похожим уровнем образования.
Эти культурные сдвиги — не просто временная мода. Они отражают реальные проблемы: нестабильность рынка труда, завышенные социальные ожидания и ощущение, что система не даёт адекватной отдачи за вложенные усилия.
Реакция правительства — от запретов к финансовым стимулам
Китайские власти не сидят сложа руки. После долгих лет контроля они перешли к активному стимулированию рождаемости. С 2025–2026 годов запущена общенациональная программа субсидий: семьи получают 3600 юаней в год на каждого ребёнка младше трёх лет. В отдельных провинциях действуют дополнительные единовременные выплаты — например, 10 тыс. юаней за первого ребёнка в Хух-Хото.
Изменены налоговые правила. Отменены льготы по НДС на презервативы и средства контрацепции (теперь ставка 13 %), одновременно отменён налог на услуги по уходу за детьми и пожилыми. Планируется полное покрытие медицинских расходов на беременность и роды, включая ЭКО, через систему социального страхования. На местах экспериментируют с жилищными льготами для многодетных семей, продлённым декретным отпуском и бесплатным детским садом.
Несмотря на эти шаги, результаты пока скромные. Эксперты подчёркивают, что одних денежных выплат недостаточно, если не решить более глубокие проблемы: высокую стоимость образования, баланс работы и семьи, равенство в домашних обязанностях и доступность качественного недорогого ухода за детьми. Меры, не затрагивающие структурные барьеры, часто дают ограниченный эффект.
Последствия для экономики, общества и позиции Китая в мире
Сокращение населения и старение общества создают серьёзные экономические риски. Рабочая сила уменьшается, что грозит ростом зарплат и усиливает потребность в автоматизации и ИИ. Одновременно растёт доля пожилых: уже сегодня люди старше 60 лет составляют более 23 % населения. Пенсионная система, построенная на межпоколенной солидарности, сталкивается с серьёзным вызовом — меньшее число работников должно содержать большее число пенсионеров.
Сужающийся внутренний рынок ослабляет потребительский спрос и влияет на отрасли жилья, образования и детских товаров. По прогнозам ООН, при сохранении текущих тенденций население Китая может сократиться вдвое к концу XXI века — до 600–650 млн человек. Даже если фертильность вырастет, эффект проявится лишь через десятилетия из-за сокращения числа женщин репродуктивного возраста.
Для международного статуса Китая это означает возможное замедление экономического роста и сложности с поддержанием инноваций и глобального влияния. С другой стороны, меньшее население может привести к росту ВВП на душу населения и снизить нагрузку на ресурсы. Китай активно инвестирует в робототехнику, системы долгосрочного ухода и технологии для стареющего общества, пытаясь превратить проблему в возможность.
Демографическая ситуация в Китае касается не только самой страны. Как вторая экономика мира и ключевой игрок глобальных цепочек поставок, изменения в китайском обществе влияют на весь мир — от рынков труда до торговли и инноваций. Повседневные выборы молодого поколения китайцев формируют будущее не только их страны, но и глобального порядка в ближайшие десятилетия.
