В Южной Корее собачье мясо веками появлялось на столах, особенно летом — в виде густого супа посинтань. Сегодня эта практика уже реликт, а не норма. В январе 2024 года парламент принял закон, запрещающий разведение, убой и продажу собак на мясо, а полностью он вступит в силу в феврале 2027 года. К середине 2026 года закрыто уже около 82 процентов ферм, а рынки, когда-то кипевшие торговлей, пустеют. Младшее поколение воспринимает собак как членов семьи, а статистика показывает: более 85–94 процентов корейцев это мясо уже не едят.
Это уже не табу и не экзотическая диковинка — это история культурной трансформации, которая подходит к концу.
Глубокие корни на Корейском полуострове
Следы употребления собачьего мяса уходят в неолит. В гробницах Когурё IV века н. э. найдены росписи с изображением убитой собаки. В периоды Силла и Корё буддизм ограничивал эту практику, но во времена Чосон посинтань вернулся как блюдо, придающее силы. Считалось, что мясо помогает пережить жаркие дни самбок — три самых знойных периода лета. Рецепт появляется уже в записях XIX века, а название «посинтань» буквально означает «суп, восполняющий тело».
Собак, разводимых на мясо, в основном составляли нуронги — жёлтые шпицеобразные животные, которых держали как скот, а не как питомцев. Рядом с ними встречались и джиндо, тоса, а иногда даже лабрадоры и голдены из нелегального оборота. Десятилетиями существовали целые фермы, рынки и скотобойни. В пиковый момент оценки говорили о миллионах животных в год, хотя официальные данные начала 2020-х указывали уже на примерно 400–500 тысяч.
Традиция никогда не была повсеместной в смысле ежедневной еды. Скорее эпизодической, связанной с летом, старшим поколением и сельскими районами. В городах, особенно среди людей младше 40 лет, собака стала компаньоном, а не ингредиентом супа.
Посинтань, самбок и вкус, который исчезает с карты
Посинтань — густой острый суп с кусочками мяса, зелёным луком, листьями периллы и пастой кочхуджан. Аромат интенсивный, слегка дикий, напоминающий смесь баранины и говядины. Считалось, что он помогает сохранять жизненные силы в жару. В Северной Корее похожее блюдо до сих пор существует как летний тоник, и даже проводились кулинарные конкурсы.
На Юге картина совершенно иная. Рестораны, подающие посинтань, стремительно сокращаются. В 2019 году в Сеуле их было уже меньше ста. Цены растут, предложение падает, а клиенты — в основном пожилые люди. В июле 2026 года Korea Times описывал рынок Моран в Соннаме — когда-то крупнейший хаб торговли собачьим мясом — как почти пустой. Улочки, которые раньше заполняли клетки и прилавки, теперь переходят на суп из чёрной козы. Продавцы говорят о падении продаж на 70 процентов.
Перемены пришли не внезапно. Это результат десятилетий давления организаций по защите животных, растущего числа питомцев в домах и осознания, что собака — не «живой товар».
В нашей практике мы столкнулись со случаем корейской эмигрантки, которая после лет в Европе вернулась на каникулы в родную деревню. Бабушка приготовила посинтань «назло». Женщина отказалась, и разговор за столом стал символом поколенческого разлома — старшие чувствовали себя атакованными, младшие видели жестокость.
Закон 2024 года и реалии 2026-го
9 января 2024 года парламент Южной Кореи единогласно принял специальный закон. Он запрещает разведение, убой, распространение и продажу собак на мясо. Полное вступление в силу — 7 февраля 2027 года. Переходный период даёт фермам время сменить профиль деятельности. Правительство предлагает компенсации — от 225 до 600 тысяч вон за собаку при досрочном закрытии. Планируется и поддержка в переустройстве около полумиллиона животных.
Данные на май 2026 года однозначны: из 1537 зарегистрированных ферм 1265 (82 процента) уже прекратили работу. Осталось 272. Проверки усиливаются, чтобы предотвратить нелегальное восстановление поголовья. Рынки пустеют, а рестораны переходят на другие блюда. Само употребление пока не наказывается, но без легального источника мяса практика становится практически невозможной.
Опросы последних лет показывают чёткий тренд. В 2022–2023 годах более 86–94 процентов респондентов заявляли, что не едят собачье мясо и не планируют этого делать. Главные причины: жестокость к животным и привязанность к собакам как к компаньонам. Поддержка запрета колеблется около 56–57 процентов, но среди молодых значительно выше.
Мифы, которые до сих пор ходят среди иностранцев
Многие туристы по-прежнему представляют Корею страной, где на каждом углу продают собачье мясо. Это один из самых живучих мифов.
Список самых частых заблуждений:
- «Все корейцы едят собак» — ложь. Это никогда не было повсеместным блюдом, а сегодня касается узкой, стареющей группы.
- «Это часть повседневного рациона» — нет. Даже исторически было эпизодическим, связанным в основном с летом.
- «Запрет — результат западного давления» — частично да, но ключевым стало изменение взглядов самих корейцев, особенно молодых.
- «Собаки на мясо — те же, что и питомцы» — когда-то граница была чёткой (нуронги против джиндо и декоративных пород), хотя на практике случались злоупотребления.
- «После 2027 ничего не изменится» — данные 2025–2026 годов показывают, что отрасль уже рухнула.
Эти мифы родом из упрощений медиа 1980–1990-х, когда Корея готовилась к Олимпиаде и мир вдруг «открыл» посинтань. Сегодня картина совсем другая.
Поколенческий разрыв и новая культура питомцев
В домах корейцев уже живёт более 6 миллионов собак-питомцев. Почти 30 процентов домохозяйств держат животных. Появляются кафе для собак, школы дрессировки, люксовые аксессуары и даже «детские сады». K-pop-идолы хвастаются своими четвероногими, а СМИ полны историй о «пушистых детях».
Для поколения 20- и 30-летних собака — член семьи. Для части пожилых — по-прежнему источник сил в жаркие дни. Эта разница порождает напряжения за семейным столом, но тренд однозначен. Молодые не только не едят — активно поддерживают запрет и организации, спасающие животных с ферм.
В Северной Корее ситуация иная. Из-за хронической нехватки продовольствия собачье мясо остаётся важным источником белка, особенно летом. Цены растут перед самбок, а торговля интенсивна. Это показывает, насколько сильно экономический и культурный контекст различает два государства.
Сравнение с другими странами Азии тоже любопытно. Вьетнам, Китай, Лаос или Филиппины по-прежнему имеют активную торговлю, хотя и там появляются местные запреты и снижение потребления. Южная Корея стала образцом — показывает, что перемены возможны, когда общество само начинает воспринимать животных иначе.
Вопросы, которые чаще всего задают читатели
Может ли турист случайно съесть собачье мясо? Очень маловероятно. В 2026 году рестораны, подающие посинтань, — редкость, а меню обычно чётко указывает блюдо. Чтобы избежать риска, достаточно сторониться мест, обозначенных как «ёнъянтан» или «кэджангук» — это эвфемизмы.
Что станет с собаками с ферм после 2027 года? Часть попадёт в приюты и программы усыновления (в том числе зарубежные). Правительство заявляет, что не планирует массовой эвтаназии. Организации по защите животных спасают животных уже сейчас.
Запрещено ли уже сейчас есть собаку? Само употребление пока нет, но разведение, убой и продажа — да, с наказанием до 3 лет тюрьмы или 30 миллионов вон. Без легального источника практика исчезает.
Почему именно сейчас? Накопление факторов: падение спроса, рост числа питомцев, давление организаций, международный имидж страны и политическое решение.
Едят ли в Корее и кошек? Да, хотя в меньших масштабах. Закон касается в основном собак, но тренд защиты животных охватывает и кошек.
Чек-лист для любопытного или путешественника
- Проверьте дату — полный запрет с февраля 2027, но отрасль уже практически не существует.
- Если едите в традиционном ресторане летом, спросите о составе «укрепляющего» супа.
- Следите за местными СМИ — Korea Times и Korea Herald регулярно сообщают о закрытиях.
- Разговаривайте с молодыми корейцами — их взгляд обычно очень проживотный.
- Помните о разнице Юг–Север: в КНДР практика продолжается.
- Не предполагайте, что «все едят» — это самая частая ошибка.
Тем, кто хочет глубже разобраться в теме, стоит следить за отчётами организаций вроде Humane World for Animals и официальными сообщениями Министерства сельского хозяйства Южной Кореи. Цифры 2026 года говорят сами за себя: 82 процента ферм закрыты, рынки пусты, молодые корейцы возят собак в колясках по паркам Сеула.
Перемена, которая когда-то казалась невозможной, стала фактом. Собачье мясо в Южной Корее уходит в историю — не из-за внезапного указа, а благодаря медленной, последовательной эволюции общества, которое начало видеть в собаке друга, а не еду.
