Юстына Кулька, нынешняя жена Зигмунта Солоржа-Жака, вошла в его жизнь в 2024 году, когда здоровье предпринимателя уже несколько лет вызывало серьёзное беспокойство у близких. Их брак, заключённый в тайне в Лихтенштейне, быстро стал катализатором открытого конфликта со взрослыми детьми миллиардера — Тобиашем Солоржем, Петром Жаком и Александрой Жак. Спор о влиянии в наблюдательных советах, контроле над ключевым фондом TiVi и будущем всего холдинга Polsat Plus перерос в череду отстранений, судебных процессов и публичных обвинений, которые в 2025 году привели к реальному изменению расстановки сил в одной из крупнейших польских бизнес-империй.
За этой историей стоит не только личная драматургия поздней любви и болезни, но и классический механизм преемственности в польских состояниях, созданных с нуля. Юстына Кулька — опытный менеджер телекоммуникационной отрасли со степенью MBA — не первая партнёрша Солоржа, сыгравшая роль в его бизнесе. Однако она отличается масштабом вовлечённости и теми последствиями, которые это вызвало для семейных отношений. Дети миллиардера в итоге получили преимущество в фонде, контролирующем большую часть активов, тогда как их отец и его четвёртая жена были вынуждены уступить часть ключевых позиций в надзорных органах.
Рассказ о жене Солоржа — это одновременно портрет амбиций, лояльности и страха потерять наследство. Он показывает, насколько в польских бизнес-реалиях частные решения переплетаются с судьбой публичных компаний, тысяч сотрудников и медийного влияния, охватывающего миллионы зрителей.
От Радома через Мюнхен к первой частной медиа-империи
Зигмунт Солорж-Жак родился 4 августа 1956 года в Радоме как Зигмунт Юзеф Крок в рабочей семье. Среднее образование, вечерний механический техникум и врождённая предприимчивость в молодости толкнули его на мелкую торговлю. В 1977 году, в 21 год, он получил паспорт на выезд в Болгарию и не вернулся — через Югославию и Австрию добрался до Мюнхена. Там он основал транспортную компанию и познакомился с Илоной Солорж, которая вела собственный импортно-экспортный бизнес.
Возвращение в Польшу в конце 80-х совпало с моментом, когда страна открывалась западным товарам. Солорж основал во Вроцлаве Solpol — компанию с иностранным участием, торговавшую электроникой. В период системной трансформации он заработал на умных сделках, включая импорт автомобилей из ГДР. Деловые СМИ неоднократно подчёркивали его способность видеть возможности там, где другие видели лишь хаос.
Настоящий прорыв случился вместе с медийной революцией. В 1992 году он запустил Polsat — первую в Польше коммерческую телевидение общенационального охвата. Со временем империя выросла за счёт телекоммуникаций (Polkomtel и сеть Plus), платного телевидения (Cyfrowy Polsat), энергетики (ZE PAK) и меньших активов вроде Eleven Sports или Netia. Состояние, оцениваемое более чем в 8 миллиардов злотых, сделало его одним из богатейших поляков, а также фигурой, чьи частные решения мгновенно влияют на курсы акций и настроения рынка.
Последующие жёны — новые главы в жизни Солоржа
Личная история Зигмунта Солоржа — это рассказ о четырёх браках, каждый из которых пришёлся на очередной этап построения состояния.
Первую жену, Илону Солорж, он встретил ещё в Мюнхене. Свадьбу сыграли в 1983 году в Германии. В этом браке родился сын Тобиаш. Развод произошёл в 1991 году — Илона осталась с ребёнком за границей. Именно от фамилии первой жены Солорж взял звучание, которое сегодня прочно ассоциируется с польским бизнесом.
Вторая жена, Малгожата Жак, появилась в 1992 году и сопровождала его более двух десятилетий — до развода в 2014 году. В этом браке родились Пётр и Александра Жак. Именно тогда Солорж начал использовать двойную фамилию Солорж-Жак, объединяя бизнес-бренд с личной жизнью. Период этого союза стал временем наибольшей экспансии Polsat и выхода в телекоммуникации.
Третий брак с Малгожатой Навроцкой длился недолго и завершился разводом в 2022 году. Информации об этих отношениях мало — СМИ тогда в основном сосредоточились на здоровье предпринимателя и бизнес-вопросах.
Четвёртая жена, Юстына Кулька, принесла в его жизнь нечто новое: глубокое понимание механизмов телекоммуникаций и медиа, в которых Солорж работает десятилетиями. Разница в возрасте — она родилась в 1974 году, он в 1956-м — составляет около 18 лет. Именно она первой из партнёрш так глубоко и формально вошла в надзорные структуры его компаний.
Юстына Кулька — экономист, знавшая Polsat изнутри
Юстына Кулька окончила Экономическую академию в Познани, а позже получила степень MBA в программе, реализованной в сотрудничестве в том числе с Harvard Business School. Карьеру начинала в небольших телекоммуникационных компаниях — Netia и Telefonia Lokalna, — затем перешла в PTC (ныне T-Mobile). Ключевой этап открылся в 2009–2012 годах, когда в качестве директора по рынку бизнеса в P4 (оператор Play) она отвечала за сегмент B2B.
С 2012 года она напрямую связала свою карьеру с группой Солоржа. В последующие годы управляла предложениями Cyfrowy Polsat и Polkomtel, формируя стратегии продаж и маркетинга как для частных клиентов, так и для бизнеса. В 2019 году она вошла в правление Polkomtel, где до мая 2024 года отвечала за рынки B2C и B2B. У неё есть взрослый сын от предыдущих отношений.
Коллеги по отрасли описывают её как эффективного и трудолюбивого менеджера, которая «много вытерпела, чтобы оказаться в кабинете Зигмунта Солоржа». После свадьбы в марте 2024 года её позиция в надзорных органах резко усилилась — она занимала, в частности, пост вице-председателя наблюдательного совета Polkomtel и входила в органы многих других компаний группы.
Свадьба в Лихтенштейне и медицинская доверенность
Церемония прошла в марте 2024 года в Лихтенштейне, в тайне — дети Солоржа ничего не знали о планах отца. Несколько месяцев спустя СМИ раскрыли, что Юстына Кулька получила от мужа доверенность на принятие медицинских решений, включая возможное прекращение лечения. Именно этот факт в сочетании с ухудшающимся здоровьем Солоржа стал одним из главных обвинений со стороны детей.
Предприниматель уже много лет борется с неврологическим заболеванием семейного происхождения — симптомы включают проблемы с моторикой и речью, хотя умственно он остаётся в форме. Ухудшение наступило после перенесённой инфекции COVID-19. Дети неоднократно подчёркивали, что контакт с отцом затруднён, а решения принимаются под сильным влиянием новой жены.
Битва за фонд TiVi — суды в Вадуце решают
В августе 2024 года Солорж подписал документы, передающие детям совместный контроль над фондом TiVi, зарегистрированным в Лихтенштейне, — именно он косвенно контролирует большую часть активов группы Polsat Plus. Несколько месяцев спустя он передумал или счёл предыдущие договорённости недостаточными. Спор дошёл до судов в Вадуце.
В мае 2025 года суд отклонил иск Солоржа, подтвердив обязательный характер устава фонда от августа 2024 года, который обеспечил детям безотзывную преемственность. Апелляция миллиардера была окончательно отклонена в декабре 2025 года. Это стал ключевой момент — дети получили реальный контроль над собственническим механизмом империи.
Волна отстранений из наблюдательных советов — хронология событий 2025 года
2025 год принёс серию кадровых изменений в компаниях группы. Вот самые важные факты в хронологическом порядке:
| Дата | Событие | Последствия |
|---|---|---|
| Июль 2025 | Отстранение Зигмунта Солоржа с поста председателя наблюдательного совета ключевых компаний | Первый явный сигнал потери влияния супружеской парой |
| Октябрь 2025 | Отстранение Юстыны Кульки и Солоржа из наблюдательного совета ZE PAK и Cyfrowy Polsat | Очередные компании теряют прежнюю конфигурацию власти |
| Декабрь 2025 | Отстранение Кульки из наблюдательного совета Polkomtel | Потеря влияния в одной из важнейших телекоммуникационных компаний |
| Конец 2025 / начало 2026 | Пётр Жак занимает пост президента Cyfrowy Polsat; Тобиаш Солорж и Александра Жак входят в расширенный наблюдательный совет | Дети берут прямой операционный контроль |
В тот же период Солорж и Кулька оказались среди самых высокооплачиваемых сотрудников группы — их зарплаты и премии вызывали дополнительные эмоции на фоне семейного конфликта.
Эмоциональное и деловое измерение семейного противостояния
Для Юстыны Кульки брак с Солоржем означал не только изменение личного статуса, но и реальную возможность формировать стратегию всей группы. Её глубокие знания Polkomtel и Cyfrowy Polsat были бесценны в момент, когда здоровье миллиардера ограничивало его повседневную активность. Критики — прежде всего дети — обвиняли её в том, что она использует состояние здоровья мужа для укрепления собственной позиции и изоляции его от семьи.
Дети, в свою очередь, утверждали, что действуют в защиту отца и семейного наследства. Тобиаш, Пётр и Александра неоднократно подчёркивали, что их шаги направлены на обеспечение стабильности компаний и защиту активов от поспешных решений. Окончательная победа в деле фонда TiVi дала им инструменты для реального влияния на состав правлений и наблюдательных советов.
Эта история напоминает сюжет сериала «Наследники» — с той лишь разницей, что всё происходит в реальном польском деловом ландшафте, где медиа, телекоммуникации и энергетика тесно переплетаются с личными драмами.
Что дальше с империей Polsat Plus?
Дети Солоржа — особенно Пётр Жак на посту президента Cyfrowy Polsat — сегодня имеют более сильную позицию в принятии решений, чем когда-либо прежде. Юстына Кулька, хотя и потеряла часть формальных надзорных полномочий, остаётся женой миллиардера и человеком, который по-прежнему может влиять на его личные решения. Сам Солорж, несмотря на проблемы со здоровьем, продолжает появляться в корпоративных сообщениях и сохраняет значительный экономический пакет.
Конфликт продемонстрировал, насколько хрупкими могут быть договорённости о преемственности в польских семейных компаниях, даже тех, что стоят миллиарды. Одновременно он показал, что профессиональные компетенции жены — в данном случае Юстыны Кульки — могут быть как серьёзным преимуществом, так и спусковым крючком семейной войны.
На фоне остаётся главный вопрос, который задают себе не только деловые журналисты, но и тысячи сотрудников группы: выдержит ли империя, построенная одним человеком, поколенческое испытание в новой конфигурации? Ответ мы узнаем в ближайшие годы — в судебных залах, залах заседаний наблюдательных советов и, возможно, за семейными столами, где по-прежнему не хватает одного, самого важного человека.
