BRICS — это платформа сотрудничества одиннадцати динамично развивающихся экономик, которые вместе представляют почти половину человечества и обеспечивают около 40% мирового ВВП по паритету покупательной способности. Она возникла как ответ на доминирование традиционных финансовых и политических институтов и сегодня представляет собой реальный, хотя и гибкий механизм координации интересов Глобального Юга — от торговли и инвестиций до энергетической безопасности и технологического обмена.
В 2026 году, когда Индия председательствует в группе, BRICS проходит очередной этап эволюции. Группа сосредоточена на устойчивости к кризисам, инновациях и устойчивом развитии, одновременно углубляя сотрудничество с новыми партнерами. Для тех, кто только знакомится с темой, это прежде всего альтернативный полюс влияния в глобальной экономике. Для тех, кто следит за нюансами, — сложная сеть союзов, напряжений и прагматичных компромиссов, которая медленно, но последовательно трансформирует международную архитектуру.
Эта мозаика культур, политических систем и уровней развития создаёт один из самых захватывающих дипломатических экспериментов нашего времени. Страны, такие разные, как Китай и Бразилия или Иран и ЮАР, ищут общий язык не из ностальгии по старым союзам, а из холодного расчёта интересов.
Откуда взялся BRICS и как он эволюционировал за годы
История начинается в 2001 году, когда экономист Goldman Sachs Джим О’Нилл использовал аббревиатуру BRIC (Бразилия, Россия, Индия, Китай) в отчёте, прогнозировавшем, что эти четыре экономики к середине XXI века могут доминировать в глобальном росте. Тогда это была чистая инвестиционная аналитика — никто не думал о формальной группе.
Шесть лет спустя, в 2006 году, министры иностранных дел четырёх стран встретились на полях Генеральной Ассамблеи ООН. Эта встреча переросла в регулярные консультации. Кульминацией стал первый саммит BRIC в Екатеринбурге в июне 2009 года. Лидеры договорились о большем влиянии на формирование глобальных правил игры — особенно в сфере международных финансов.
2011 год принёс ключевую перемену. К группе присоединилась Южно-Африканская Республика, и аббревиатура получила букву «S». BRICS перестал быть исключительно азиатско-латиноамериканским клубом — он приобрёл африканское измерение и символическое представительство всего Глобального Юга. В 2014 году в Форталезе был создан Новый банк развития (НБР) со штаб-квартирой в Шанхае, а также Механизм условных резервов — инструмент экстренной валютной поддержки на 100 миллиардов долларов.
Следующий прорыв произошёл в 2023 году на саммите в Йоханнесбурге. Пригласили шесть новых государств. Аргентина в итоге отказалась, Саудовская Аравия присоединилась с опозданием, а Египет, Эфиопия, Иран и Объединённые Арабские Эмираты вошли в группу 1 января 2024 года. В 2025 году к BRICS присоединилась Индонезия, увеличив число полноправных членов до одиннадцати. На саммите в Казани в 2024 году ввели новую категорию — государств-партнёров. Сейчас их десять: Беларусь, Боливия, Куба, Казахстан, Малайзия, Нигерия, Таиланд, Уганда, Узбекистан и Вьетнам.
Одиннадцать членов — разнообразие, которое является одновременно силой и вызовом
Текущий состав BRICS — это настоящая мозаика континентов и моделей развития. Вот ключевые игроки:
- Китай — крупнейшая экономика группы, «фабрика мира» и крупнейший инвестор в инфраструктуру Глобального Юга.
- Индия — самая быстрорастущая крупная экономика, лидер в цифровых услугах и фармацевтике.
- Бразилия — сельскохозяйственная и энергетическая держава Латинской Америки, хозяйка многих саммитов.
- Россия — ключевой поставщик энергетических ресурсов и продовольствия, активный сторонник многополярности.
- Южно-Африканская Республика — наиболее индустриализированная экономика Африки к югу от Сахары, мост к остальной части континента.
- Индонезия — крупнейшая экономика Юго-Восточной Азии, присоединилась в 2025 году.
- Саудовская Аравия, ОАЭ, Иран — энергетические державы Ближнего Востока, контролирующие огромные запасы нефти и газа.
- Египет и Эфиопия — ключевые игроки Северо-Восточной Африки, важные для продовольственной безопасности и торговых путей.
Это разнообразие даёт уникальные преимущества. Страны BRICS отвечают за значительную часть мирового производства зерновых, редкоземельных металлов, возобновляемой энергии и рабочей силы. В то же время различия в политических системах, уровне благосостояния на душу населения (от Эфиопии до ОАЭ) и региональных интересах требуют постоянных компромиссов.
Новый банк развития — практический инструмент, который уже работает
Самым ощутимым достижением BRICS остаётся Новый банк развития. С уставным капиталом в 100 миллиардов долларов он финансирует инфраструктурные проекты и проекты устойчивого развития как в странах-членах, так и в других развивающихся экономиках. К 2024 году были одобрены проекты на сумму около 40 миллиардов долларов — от линии метро в индийском Лакхнау до логистических портов в китайской провинции Юньнань и поддержки восстановления после наводнений в Бразилии.
НБР работает иначе, чем традиционные институты Бреттон-Вудса. Меньше бюрократии, больший акцент на местные валюты и проекты, ориентированные на климат. В 2026 году банк сохраняет высокие кредитные рейтинги, что позволяет привлекать дешёвое финансирование на глобальных рынках. Для польских компаний, участвующих в международных строительных или энергетических консорциумах, это потенциальный источник контрактов в Африке и Азии — стоит следить за тендерами, объявляемыми НБР.
Экономика, торговля и попытки независимости от доллара
Страны BRICS генерируют около 40% мирового ВВП по паритету покупательной способности — больше, чем G7. Внутренняя торговля в группе систематически растёт, хотя по-прежнему доминируют двусторонние отношения, особенно с Китаем. Всё громче звучат разговоры о расчётах в национальных валютах. На саммите в Рио-де-Жанейро в 2025 году было согласовано дальнейшее развитие системы BRICS Pay, которая должна облегчить платежи без посредничества доллара.
Это, однако, не означает немедленного конца доминирования USD. Процесс дедолларизации постепенный и прагматичный — он обусловлен желанием снизить транзакционные издержки и уменьшить риски санкций. Для предпринимателей из Европы это означает как новые возможности (более дешёвые расчёты с партнёрами из Азии или Ближнего Востока), так и необходимость диверсификации валютных рисков.
Геополитическое значение и голос Глобального Юга
BRICS не является антизападным военным союзом. Это прежде всего форум политических и экономических консультаций, в котором страны Глобального Юга стремятся реформировать существующий порядок — от веса в Международном валютном фонде до представительства в Совете Безопасности ООН. Три основных направления сотрудничества: политика и безопасность, экономика и финансы, а также культурный и человеческий обмен.
На практике это означает общие позиции по вопросам климата, торговли продовольствием или борьбы с терроризмом. Группа также поддерживает идею многополярности — мира, в котором правила игры формируют не одна, а несколько держав. Для Польши и Европы этот процесс имеет прямые последствия: меняется расклад сил в торговле, цепочках поставок и энергетической дипломатии.
Внутренние вызовы — почему BRICS не является монолитом
Разнообразие имеет свою цену. Индия и Китай ведут пограничный спор в Гималаях. Россия находится под санкциями Запада, что усложняет финансовое сотрудничество. Разные политические системы — от демократий до авторитарных режимов — затрудняют согласование общих стандартов в вопросах прав человека или управления. Решения принимаются консенсусом, что замедляет темпы, но одновременно защищает от доминирования одного игрока.
Несмотря на эти напряжения, группа функционирует и расширяется. Гибкость и отсутствие жёсткой учредительной хартии во многих случаях оказываются преимуществом — они позволяют привлекать новых членов без навязывания идеологического единства.
BRICS в 2026 году — председательство Индии и новые приоритеты
Индия, приняв председательство, предложила новую трактовку аббревиатуры: Building Resilience, Innovation, Cooperation and Sustainability. Четыре столпа председательства включают укрепление экономической и здравоохранительной устойчивости, развитие цифровых инноваций (включая публичную инфраструктуру типа UPI или Aadhaar), углубление многостороннего сотрудничества, а также зелёную трансформацию и климатическое финансирование.
Саммит в Индии запланирован на сентябрь 2026 года. Ожидается дальнейшее развитие механизмов локальных платежей, усиление роли НБР в финансировании зелёной инфраструктуры и расширение диалога с государствами-партнёрами. Это момент, когда BRICS может показать, способен ли он перевести риторику многополярности в конкретные, ощутимые для обычных людей результаты — более дешёвую энергию, лучшие транспортные связи или более широкий доступ к технологиям.
Что всё это означает для обычных людей и бизнеса?
Для предпринимателей из Польши BRICS открывает двери на рынки с огромным потенциалом роста. Инфраструктурные проекты, финансируемые НБР в Африке или Юго-Восточной Азии, — это шанс для строительных, энергетических и технологических компаний. Торговля в национальных валютах может снизить транзакционные издержки с партнёрами из Индии, Бразилии или ОАЭ.
Для обычных граждан значение более косвенное, но реальное. Изменения в глобальных цепочках поставок влияют на цены электроники, продовольствия и энергии. Развитие научного и культурного сотрудничества (BRICS Network University, кинофестивали, программы молодёжного обмена) облегчает установление контактов и приобретение новых компетенций. Наконец, растущая роль Глобального Юга в мировых дебатах означает, что голос развивающихся стран будет звучать всё громче и в вопросах, которые касаются всех нас: климата, пандемий или финансовой стабильности.
BRICS не является ответом на все проблемы современного мира. Однако он остаётся одним из самых интересных и динамичных элементов головоломки, которая как раз трансформируется. Наблюдение за этой трансформацией — с её успехами, осечками и неизбежными компромиссами — это один из самых поучительных уроков современной геополитики и экономики.
